Записки практикующего психолога

Чудесное раннее утро выходного дня. Тишина, спящие улицы, редко светящиеся окна. Удивительное тепло для подмосковного ноября, когда на рассвете всё ещё можно полюбоваться проглядывающими лучиками Солнца.

Мне нравится идти неспешным шагом и, наслаждаясь тишиной, настроиться на свой активный рабочий день.

Внезапный пронзительный женский крик мгновенно разрушает утреннее спокойствие и остатки осенней красоты. Это даже не крик. Это истерический вопль отчаявшегося человека, после которого отчётливо слышен поток нецензурной брани, произнесённой низким мужским голосом.

Представшая перед глазами сцена из серии — «Созависимые Женщины, которые любят слишком сильно» — заставила меня остановиться.

Невысокая Женщина в ещё недавно белоснежной куртке бежала, цепляясь за куртку двухметрового мужика, выкрикивая одни и те же фразы: «Не уходи! Не бросай меня!!! Не уходи-и-и!!!»

Визг, как предсмертная агония смертельно раненного животного, от которого закладывает уши.

Мужчина пытается высвободиться, грубо её отталкивает, продолжая осыпать её потоком отборного мата. Она падает на колени и ползёт по грязи, хватая его за грязные ботинки, при этом не перестаёт истерически визжать.

Он отталкивает её ногой, и вновь слышится её крик: «Да, ударь! Бей, только не бросай меня!» И отработанным до автоматизма защитным жестом закрывает лицо.

Он почувствовал, что её крепкая хватка ослабла, перемахнул через небольшой забор и быстро побежал через дорогу.

Женщина мгновенно кинулась за ним, буквально, перелетев через препятствие, и отчаянный вопль её продолжал ещё некоторое время нарушать покой раннего утра.

Эта сцена — страшная реальность человека с синдромом ситуативной Жертвы третьей степени, или дофаминовая зависимость в точке невозврата.

Я слышу такие истории каждую неделю. Вижу абсолютно деградирующих женщин и мужчин, опустившихся на самое дно в своей жертвенной наркотической зависимости от деспота, алкоголика, наркомана, шопоголика, сексоголика или игромана.

Они кидаются на его защиту, едва прозвучит: «Как будет строиться ваша жизнь, если он уйдёт?» Или любая другая словесная конструкция, в которой прозвучит: «Представьте, что его нет в вашей жизни», — в любой интерпретации.

Взгляд Жертвы мгновенно меняется. Молнии ненависти, направленные в адрес посмевшего задать такой вопрос, разрушительны, прежде всего, для самого созависимого человека.

И это не про любовь. Это не про любимого человека. Это про отношения «торговца» эмоциональной дофаминовой «химией» и зависимого от него клиента-партнёра, который готов терпеть всё, что угодно, лишь бы с определённой периодичностью получать очередную дозу.

И, как у химически зависимых, каждый последующий «продавец» должен быть более извращённым, чтобы эмоциональные переживания были ещё сильнее.

По аналогии: вначале «травка», потом таблетки, порошок и тяжёлая «химия», после которой обратного хода нет, только интеллектуальное, личностное и физическое разрушение.

Подтипов «Жертв» за 13 лет изучения данного синдрома я наблюдаю немало. У ситуативной созависимой Жертвы, если провести параллель с симптоматикой приобретённой деменции (слабоумия), можно заметить очень много ярко выраженных совпадений.

Вот лишь некоторые из них:

  1. Снижение интеллекта, что проявляется в неспособности выстраивать причинно-следственные связи между происходящими событиями, его возможными последствиями, и критично к ним относиться.
  2. Ярко проявляется обеднение эмоциональной сферы и эмоциональных реакций: страдание, жалость и чувство вины — самые ярко-выраженные эмоции. Все остальные эмоции постепенно сходят на нет.
  3. Наблюдаются изменения черт характера, которые постепенно исчезают, а с ними и собственные желания, интересы, стремления.
  4. Выражение лица — «Маска страдающей Жертвы» и бессмысленный, погруженный в себя взгляд становятся неизменными и основными. Мимические реакции, интонации так же минимальны и однообразны.
  5. Восприятие другого (кроме эмоционального «торговца», конечно) исчезает. Общение начинает превращаться в монолог, где «застревание» в ситуации мазохистической Жертвы становится смыслом жизни.

И, если вдруг человек попытается выстроить диалог, он увидит либо безразличный взгляд, либо «Да-да, понятно», либо «Счастливая Жертва» просто продолжит свой монолог, не обращая никакого внимания на того, кто рядом.

Очень интересно наблюдать, как, например, в ситуации рабочего дня происходит «переключение» с Жертвенного монолога на тон деловой, а потом возвращение обратно. Манипуляции ситуативной Жертвы очень изощренные.

  1. Постепенно исчезает стремление получения знаний и впечатлений, так как мозг теряет способность обрабатывать и усваивать новую информацию.

Для «Счастливой» Жертвы главным в жизни становится ожидание того, кто даст возможность получить очередную дозу «дофаминовой инъекции» через переживание страдания.

  1. Появление зависимостей — это показатель того, что зона мозга, отвечающая за произвольность — силу воли и целеполагание, разрушается, а значит, исчезает ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь близких, например, собственных детей.

Поэтому мать-созависимая Жертва в точке невозврата не сопротивляется, когда сожитель, а то и биологический отец избивает, всячески унижает и даже насилует ребёнка.

Именно мать-Жертва соглашается продать своего ребёнка, оставить на улице, убить, избить, покалечить, выбросить в мусорный бак или вынести на холод. Лишь бы объект-деспот, поставляющий страдальческий «кайф», был рядом.

Самое безвинное — это посадить ребёнка к себе на колени или взять его на руки, когда разбушевавшийся муж заносит кулак для удара.

Воспоминания уже повзрослевших детей о несущемся им в лицо огромном кулаке вызывают ужас. Но вы же понимаете, всё это лишь для того, что сохранить полную семью, а ребёнка, который переживает ужас и писается от страха, не оставить без отца. Красивое прикрытие для эмоционального наркомана.

Разве это не явные признаки прогрессирующей слабоумной неадекватности и безволия?

Всё это не просто любовь к страданию — это деструктивные и необратимые процессы, которые происходят во всех личностных и жизненных сферах, превращая когда-то интересного и активного человека в некое существо, изменяющееся даже внешне.

На вопрос: что делать, если рядом такая «Счастливая» Жертва в точке невозврата, с которой бесполезно работать?

Отвечаю: беречь себя и всех, кто находится рядом. Не оставлять без присмотра маленьких и беззащитных детей, которые становятся ей не нужны.

Нельзя сделать дерево красивым, если его ствол деформирован. Но можно ухаживать, поддерживая его жизнедеятельность, без ущерба для собственной психики, если принять такую деформацию за индивидуальную особенность и не стараться что-то изменить.

Потому что вернуть «Счастливую» Жертву в состояние психически здорового и адекватного человека уже невозможно…

Добавить комментарий