Когда готовишься к какому-то тренингу, погружаешься в эту тему все 24 часа в сутки.

Сегодня я опять размышляла о механизмах стыда, как меня вытолкнула в реальность присланная ссылка, в которой один довольно известный психолог упомянул меня в своём посте и опубликовал мою статью о стыде. В подводке к ней он назвал меня «очаровательной и блестящей». С «очаровательной» я как-то внутри не вошла в конфликт, но слово «блестящая» крутилось у меня в голове целый день, как назойливая муха. Неужели я так выгляжу?

Я целый день порывалась ему написать и спросить, но меня остановил мой стыд. А вдруг он решит, что я заигрываю? Или ещё хуже поколеблется моя независимость, или он подумает, что мне так важно чужое мнение, и я автоматически становлюсь уже не такой умной и самодостаточной? Хотя умной он меня и не называл. Возможно, это меня и зацепило.

Мои родители делали ставку на ум, поэтому я стала психологом, а не танцовщицей. Иногда я об этом сожалею. Честно. Что не стала танцовщицей. У меня получалось, и мне это нравилось больше всего. Моё тело генетически расположено к движению, и от малоподвижной работы я теперь страдаю физически. Ну, а то, что я стала психологом, вызывает мои сожаления регулярно.

В этой статье или эссе, не знаю, как правильно обозначить, я прежде всего хочу обратиться не к психологам. Мы ведь всегда к кому-то обращаемся. Даже самые гордые и самостоятельные выражают что-то в этот мир, обращаясь к кому-то важному и значимому. Мы хотим либо поделиться, либо достучаться, либо просто накакать в тапки. Только самые отчаявшиеся говорят своё последнее слово своей тихой и незаметной смертью. Многие люди не приходят за помощью только по одной причине, им стыдно. Они уверены, что психолог — это человек, точно находящийся на более высокой ступеньке развития. Более умный, знающий, сообразительный, успешный и т.д. Так вот, это неправда. Ни один здоровый человек не станет делать психологию своей профессией. Именно поэтому здоровых среди клиентов и слушателей разных тренингов гораздо больше. Они пришли, получили поддержку и дальше справляются сами.

Мы — психологи, не справляемся. Нам нужно быть в профессии, чтобы справляться. Каждый день слышать, что другому плохо, и помогать ему по мере сил, это наша пища. Мы только так чувствуем себя значимыми, замеченными, востребованными. Мы считаем лайки на наших постах и хвастаемся коллегам, что у нас не тренинге было на 2 человека больше, чем у них. Да-да, мы не лишены зависти и ревности. Засомневайтесь в том, что у нас всё в порядке, только потому, что мы про это много знаем или красиво говорим. Может, поэтому и знаем, и говорим, что либо ищем и никак не найдём, либо нашли с трудом, но боимся потерять. Или хотим теперь это продать тому, кому тоже нужно. Сколько раз я ловила себя на том, что говорю клиенту то, что самой бы принять наконец-то.

С грандиозного «мы» перейду на себя, а то закидают нарциссичные коллеги тухлыми яйцами. Я сама такая. Стыд проник в мою кровь сразу, как моя мать поняла, что она беременна. Ей бы раньше постесняться спать со своим преподавателем университета. Но… Любовь, как известно, сильнее стыда. И вот я родилась. Моя кровь была отравлена к этому моменту настолько, что, даже попав после рождения к другой матери, которая стыд свой смогла спрятать так далеко, что кроме любви я долго ничего не знала, как только я подросла, эта отрава начала свою работу. Будучи красивой и умненькой девочкой, я не пользовалась успехом у мальчиков очень долго. А природная влюбчивость сделала меня юной страдалицей по неразделённой любви, с которой я боролась дерзостью и успехами в учёбе. Очки с 11 лет, кроличьи зубы и норовистый характер сделали мне репутацию «своего парня» раньше, чем я успела хотя бы раз поцеловаться. Сидящий глубоко внутри стыд незаконнорождённого ребёнка не давал раскрыться моей женственности, но и удержал меня в хрупкий возраст от ненужного сексуального опыта. Любимое мамино слово «стыдно» вызывало во мне протест, но её усилия дали свои плоды в том, что ровно такая же стыдящая мама выросла внутри меня.

Я только теперь понимаю, что она хотела меня защитить. Но, неуверенная в моей хорошей наследственности (в её системе мира мать, бросившая своего ребёнка, должна быть забросана камнями), она научила меня стесняться, особенно в отношениях с противоположным полом. Поэтому, несмотря на долгое предводительство уличной банды пацанов, с которыми я росла, вся моя уверенность слетала мигом, стоило мне приблизиться к мальчику, который мне нравился. Нет бы мне зардеться, как роза, глядишь, ему бы и открылась перспектива. Нет, я боролась со стыдом бесстыдством и вела себя как матрос. Уже спустя годы несколько моих знакомых признались мне в том, что, наблюдая меня со стороны в эти детские годы, вдохновлялись (завидовали и восхищались) моей независимостью и уверенностью в себе, которую я транслировала гордо поднятой головой (чтобы очки не падали) и вздёрнутым носом (из-за неправильного прикуса). Они даже не догадывались о том, что внутри это была неуверенная в себе девочка с низкой самооценкой.

Запрыгивая вперёд, скажу что подобный внешний обман сопровождал меня долгие годы, а возможно, остался и до сих пор. Никому, кроме самых близких, неизвестно, какой ценой я живу сейчас, умудряясь вздёргивать нос и улыбаться. Ужасные в этом смысле и прекрасные во многих других школьные годы слава богу закончились, но история моего стыда только началась. На сцене появился мой первый муж, да не будет места на земле для его могилы. Вот уж кто подкупил меня, представив бесстыдство за смелость. Это так легко перепутать. А его скрытый токсичный нарциссизм в аккурат лёг на мой стыд. И только моё стремление к знаниям, как исцелению от собственных травм (понятно, почему психология?), помогло мне узнать, что я не самая страшная, тупая и никчёмная женщина на белом свете.

Помощь пришла, откуда не ждали. Выезжая регулярно в Москву или Питер на учёбу и участие в разных программах, я стала получать там столько комплиментов и поглаживаний не только за ум, но и красоту, и другие качества, что рано или поздно чаща переполнилась, и я поверила, что со мной всё в порядке. Автоматически эта мысль включила другую: значит, козел он? А иначе зачем ему постоянно вдалбливать мне противоположное? Так разрушился наш брак. Это сейчас я понимаю, что нарцисс проецирует свою никчёмность на других, заставляя их чувствовать это отвратительное чувство, чтобы не раниться самому. Но тогда я взбесилась, что столько лет искала причину только в себе. Конечно, я могла бы поблагодарить его за то, что эти годы я развивалась и улучшалась, стремясь добиться его ласкового взгляда. Но, нет, не буду. Цена зашкаливает. Всё принесено на алтарь помощи другим.

Мои женские тренинги родились благодаря этой боли, мои знания о психологии зависимостей и нарциссизма, моё понимание тонкостей манипуляции и многое другое. Моё чутье к родовым сценариям и секретам, благодаря моей истории рождения. Но всё это хорошо для моей работы… И только теперь я понимаю, что именно стыд не позволил мне выбрать из достаточного количества достойных кандидатом себе мужа. И я выбрала самого ужасного. Да, именно слово ужасный подходит к тем чувствам, которые испытывает искренняя любящая женщина, живущая 11 лет с человеком, которому нечем любить. Мышца, перекачивающая кровь, не является гарантом, что человек способен на чувства. Нет, на зависть, ревность, злобу и прочие гадости, пожалуйста. Но любовь требует работы над собой, даже если ты награждён этим даром. Так много слов я посвятила своему бывшему браку потому, что нигде так ярко как в выборе партнёра и отношениях с ним не проявляется стыд. А вместе с ним боль, гнев, страх. Ведь никого другого мы не подпускаем так близко, рискуя быть увиденным. И обиженным, раненым, уколотым, униженным, осмеянным. Если мы знаем этот опыт из детства, не сомневайтесь, найдём такого же партнёра.

А теперь вопрос на засыпку. Вопрос, который я задала себе, когда была на обучении по лечению химически зависимых и чувствовала, что всё рассказывают про меня. Да, но в моей семье никто не пил, не ругался матом, не дрался и не назвал меня ни одним плохим словом? Я росла в строгости, но как принцесса. Так откуда мне это всё так знакомо? И почему я выбрала того, кто обращался со мной так, что любой психолог тут же начал бы искать подобное у моих родителей. Ответ пришёл со знанием, что в крови моей есть этот опыт, в моих ранних внутриутробных переживаниях я уже выпила свою чашу стыда, заставившую меня сомневаться в своей ценности всю жизнь.

Я часто говорю клиентам, что если вы знакомы со стыдом или виной, имейте ввиду, что, вытравив эту заразу, вам придётся всю жизнь контролировать «состав крови». Здесь «бывших» не бывает, не расслабляемся. И, только справившись со стыдом, я могу помогать находить и беречь своё счастье с партнёрами своим клиентам, будучи сама одинокой. Мне бывает грустно, что я одинока, но это очень отличается от страданий. Может поэтому мне очень часто говорят, что я стала примером того, что женщина может быть счастлива и без мужчины. Это вдохновило многих женщин расстаться с не любящими мужчинами, но чаще с дурацкой идеей, что только с другим ты сможешь обрести счастье. Я точно знаю, что можно быть счастливой одной, и что, встретив своего человека, ты удвоишь своё счастье.

Но как вы думаете, буду ли я таким дающим психологом, если буду счастлива в любви? Конечно, большую часть я понесу домой. Опять выгода для клиентов. smiley Если бы я не научилась справляться со стыдом, он добил бы меня, когда потеряла свою дочь. Мою гордость, мою любовь. Одна клиентка рассказала мне историю. Она ждала меня в приёмной до сессии, и моя младшая дочь зашла туда после школы. Они разговорились, и на вопрос клиентки, как дела в новой школе, дочь ответила, что не очень. С одноклассниками трудно, не любят. Почему — спросила клиентка. Потому что я свободная — ответила дочь. Это вдохновило клиентку остаться у меня в терапии. И это подтверждало мне, что я хорошая мать.

Это и ещё миллионы фактов из её короткой жизни. И хотя у меня во внутреннем ящике души лежит список моих родительских ошибок, я знаю, что наказана за каждую многократно. И что эта вина, которую будет нести любая, даже самая хорошая мать, потеряв своего ребёнка. Но это вина, её можно искупить. А стыд нет. Вот поэтому каждый день я тащу свою несовершенную личность на работу. Все мои травмы становятся моей силой в понимании травм других людей. Это давно не предмет гордости, а место печали. Но я понимаю, что это моя жизнь. Иногда мне хочется думать, что есть некий высший замысел в том, что жизнь послала мне эти испытания, дабы я была чувствительной к боли других людей и служила. Это придаёт смысл и чуть-чуть облегчает боль. Но мой трезвый и склонный к реализму разум не позволяет мне расслабиться. Факты, только факты, говорит он. Вот поэтому историю я рассказала здесь, а на вебинаре будут только факты. smileyP.S.: Надо взять темой следующего вебинара «Радость», а то тяжеловато столько со стыдом возиться…

И ещё, мне стыдно размещать этот пост, в котором я так открываюсь. Но я не должна ему поддаваться, а то он меня сожрёт. И как я тогда смогу учить этому других?..

Добавить комментарий