Родители часто растят рядом с собой «маленького неудачника»… Зачем? Слабый — значит зависимый, беспомощный… А таким он не упорхнёт на свободу, оставив маму один на один с её перманентным (даже в браке) одиночеством.

Замечаю, как некоторые люди делают ребёнка эпицентром всей их жизни. В этих семейных парах нет романтики и мало секса, они уже давно не ходят вдвоём в кино, не целуются в коридоре… Такое впечатление, что эта пара и существует-то только именно для того, чтобы ублажить интересы ребёнка. Родители сбиваются с ног, чтобы записать ребёнка во все кружки (для всестороннего развития его талантов), свозить на все доступные курорты мира, купить самые лучшие игрушки и т.п. По сути, их ребёнок — проекция их самих же, тех недолюбленных детей, которые до сих пор живут в их душах… И они думают: «С моим ребёнком всё будет по-другому, я буду любить его изо всех сил!». И что же мы имеем в итоге? Школьника, который понимает, что весь мир вращается вокруг него. Неспособного приготовить себе завтрак и самостоятельно сделать «домашку». Не умеющего творчески распоряжаться своим свободным временем (ведь его просто нет!). Не знающим мудрой (а это значит — иногда твёрдой) воспитательной позиции, не признающим авторитета родителя. Да и как его признать, если родитель с утра до ночи занят обслуживанием его потребностей, даже уроки за него делает!

«Я рядом», «Я знаю, что ты всегда сделаешь правильный выбор», «Я знаю, что у тебя получится всё, что ты захочешь!» — в лучшем варианте мать и отец «подхваливают» самостоятельность ребёнка, давая ему возможность пережить разные опыты. Опыт получения «двоек», опыт неудач… Если мы не делаем ошибок, то мы не учимся. И если ребёнок получает результат, которым он не доволен, мы поддерживаем его в этом. Мы говорим: «Ну теперь-то ты знаешь! И теперь ты сделаешь правильный выбор«. В этом контексте мне очень нравится техника передачи ответственности ребёнку через какой-нибудь предмет, например, игрушку. Вместе с передачей игрушки взрослый серьёзно и спокойно, проговаривая послание словами, передаёт ответственность ребёнку за его учёбу, например. И дальше просто доверяет ему, подбадривая своё чадо за любой прогресс, даже самый минимальный.

Конечно, могут быть провокации. Ребёнок может не захотеть быть самостоятельным и лишиться внимания родителей (которое именно таким образом к нему и приходило — как пристальное внимание к его беспомощности) и устроить саботаж… Может не ходить в школу, сердиться. «Что ж, ты уже большой, это твой выбор, хотя он мне и не нравится», — говорит в этом случае родитель и не поддаётся на провокации. Не проверяет тетрадки, не контролирует, не устраивает допросов. Иногда на этом этапе может потребоваться сопровождение психолога, когда родители сами очень тревожные и эмоционально не стабильные. На первых порах ребёнок может немного «сдать»… Но потом он сам всех догонит, а итогом такого эксперимента будут гораздо более глубокие и доверительные отношения с родителем.

Когда муж и жена, члены семейного союза, эмоционально отгорожены друг от друга «заевшим» бытом и накопленными претензиями, вся их любовь может обратиться на детей. И хорошо, если их, маленьких, двое. А если он один?.. В эдипальном периоде от 3 до 7 лет такой ребёнок может получить множество противоречивых переживаний. И, в итоге, надолго зависнуть в психологическом слиянии с одним из родителей, не пройдя этот период, не отделившись потом даже во взрослом возрасте. Все говорят, что ребёнок должен жить в любви… Но какой? В любви родителей между собой! Только так, видя перед глазами счастливый союз, он легко пройдёт эдипальный период и будет всё больше стоять на своих собственных ногах. Чувствуя за спиной доброжелательную родительскую поддержку. «Я рядом, — скажет ему мать, когда он придёт из школы расстроенным. — Я верю в тебя!». И просто крепко обнимет.

Добавить комментарий